ПОДПИШИТЕ ПЕТИЦИЮ!
на www.change.org

Опрос
Как вы относитесь к строительству рудника и ГОКа в п. Нивенское Калининградской области?

Крайне отрицательно

Отрицательно

Мне все равно

Положительно

Крайне положительно

Я не знаю что это такое

Медиасфера
19.09.2017 «РОК ПРОТИВ ГОКА». НИКТО ПОД ОМОНОМ УМИРАТЬ НЕ БУДЕТ!
Чего не скажешь о фестивале «РОК против ГОКа». Здесь интересы организаторов фестиваля и правительства Антона Алиханова не совпадут, видимо, никогда. Потому как, нам кажется, чиновники «за» экологически опасное предприятие.
caravan.su переходов - 186
16.09.2017 Как «помощь» белорусских властей Туркменистану превратилась в посмешище
«Белгорхимпром», контрольный пакет акций которой принадлежит «Беларуськалию», отказалась от строительства второго калийного комбината в Туркменистане, хотя в марте сдала в эксплуатацию подобный объект.
gazetaby.com переходов - 201
13.09.2017 ЦКПиО под давлением властей отказался от фестиваля «РОК против ГОКа»
На следующий день после выборов губернатора Калининградской области руководство Центрального парка культуры и отдыха Калининграда отменило проведение фестиваля «РОК против ГОКа», организованный противниками строительства горно-обогатительного комбината в поселке Нивенское.
exclav.ru переходов - 189
вся медиасфера
Творчество
Автор: Филат Леонидов

Ночь. Офис монголо-татарского инвестора фирмы С в поселке Н, где фирма С собирается строить горно-восхитительный комбинат. Идет экстренное совещание по вопросу утилизации отходов куда-нибудь. Обстановка нервная, тревожная.

Действующие лица:
Директор Всяковлев - мечтает...
читать полностью
Новости:
НИВЕНСКИЙ ВЕСТНИК опубликовал «Большой нивенский распил» Алексея Стаханова
Меня не покидает ощущение, что возня вокруг солевых отложений в российском анклаве не более чем грандиозный и хорошо спланированный распил. Тема уникальности нивенских калийных солей и неограниченного спроса на продукцию будущего ГОКа уже затрагивалась. Однко...
...это только часть ответов на неудобные вопросы, касающиеся грандиозных планов таинственного «голландского» инвестора. Пробел желательно восполнить, чтобы люди, которым придётся жить рядом с будущим ГОКом и сопутствующими ему производствами, а также руководство области хорошо понимали, какой подарок им приготовили заморские господа.

Халва и истина
Обратимся к выдержкам из статьи «Приговор вынесен», напечатанной в одной из калининградских газет. «Жителям Нивенского не повезло. Крошечный поселок между Калининградом и Багратионовском находится на крыше богатейшего месторождения калийно-магниевой руды. Бизнесмены потирают руки: месторождение обещает баснословные прибыли. «Стриктуму» нет нужды бороться за свою репутацию: российскую фирму учредил некий голландский венчурный фонд «Вирекс», о собственниках которого совершенно ничего не известно. «Венчурный фонд» находится в одном здании с офисом «ЕвроХима» в Антверпене, и никаких данных о нём в открытом доступе нет. Павел Яковлев, гендиректор компании, с воодушевлением рассказывает о чудо-технологиях, которые его организация будет применять на нивенской земле».
С первым посылом, кажется, всё ясно. Ничего уникального в нивенских солевых отложениях нет. Ни по минералогическому составу, ни помощности пластов. Разве что глубина залегания впечатляет. Так глубоко шахтёры редко забираются – дорого и технически сложно. Но кому и зачем пришло в голову объявить бедную калийную руду сложного состава уникальной? Добавлю, что отложения собственно сульфата калия (заявленная цель будущего производства) в природе не встречаются. Более того, в сульфатно-хлоридных калийно-магниевых рудах масса оксида калия не превышает 12-13%. Такое сырьё априори считается бедным, а широкий набор компонентов (хлорид натрия, хлорид калия, двойной хлорид калия-магния, сульфат магния, другие двойные и тройные соли) осложняет его переработку. По этой причине львиная доля сульфата калия на мировом рынке представлена продуктом, полученным из природных рассолов, морских или озёрных. Производственные затраты в этом случае гораздо ниже: шахта не нужна и экологические последствия не так напрягают. От промышленного синтеза сульфатов щелочных металлов (процесс Манхейма) приходится отказываться, поскольку хлористый водород, побочный продукт производства, девать особо некуда. Добавлю, что по состоянию на 2010 год мировые мощности по вы пуску сульфата калия оценивались в 4 млн тонн в год. В реальности задействовано чуть более половины возможностей. Ну, а карналлиты ради калия вообще не добывают – это скорее магниевое сырьё.

Свидетельство о рождении
Что касается голландской «мамочки» Virex B.V., то не стоит торопиться с выводами, поскольку
место рождения ребёнка ничего не говорит о происхождении его родителей. К тому же на сегодня даже куцая информация о «голландской» компании стерта из памяти интернета. С чего бы это?
Согласно известной поговорке, кто платит, тот и заказывает музыку. Музыку мы уже слышим. Её
достаточно громко играют белорусские учёные, хотя есть, безусловно, и другие участники про-
екта. Может, руководству анклава стоит хотя бы для порядка поинтересоваться, чей плановый
«ребёнок» вызвал такой токсикоз у жителей Нивенского и округи? А вдруг дитятко во всех отно-
шениях больше тянет на троянского коня? Кому-то ведь придётся за это ответить.

Ещё немного халвы
Теперь о чудо-технологиях. Конечно, тут господин Яковлев явно перегнул, что неудивительно.
Специалисту по логистике любой химик может показаться волшебником. А в реальности в Нивенском есть природное сырьё сложного состава, которое необходимо переработать в конечные продукты, и есть законы химии, которые никому не удастся обойти, какими бы современными ни были технологии и какие бы деньги заморский инвестор ни платил менеджеру компании и учёным подрядчикам.
Если верить господину Яковлеву, отходов в Нивенском не будет и то, что не переработают в
товарный продукт, вернут назад в шахту. «Стриктум», заверяет Яковлев, будет применять совсем
другую технологию обогащения руды – галургию, при которой пустая порода закладывается назад
в выработки. Во-первых, в старые выработки, если уж совсем честно, а их в обозримом будущем не будет. Во-вторых, галургия – это технология разделения компонентов добытой руды, а
не способ утилизации пустой породы. К словам эколога Алексеева («Никаких терриконов в области не появится, в природу ни крупинки соли не попадёт: аккуратно из-под земли извлекут,
герметично запакуют и вывезут в нужном направлении», «Калийно-магниевый переполох»,
28 октября 2014) тоже не стоит относиться серьёзно, но хотелось бы знать, какое направление
для перемещения отходов будет выбрано. Неужели Балтийское море или польская граница,
учитывая скромные возможности анклава?
По словам господина Яковлева, после анализа пород «будут заключаться договоры на утилизацию отходов». Что имеется в виду? Клятвенные обещания профессоров изменить природу вещей или надежда выгодно пристроить неходовой «товар» неискушенному покупателю? Странно к тому же, что белорусские учёные, предлагающие новаторские решения в Нивенском, не используют их в родном Солигорске, окружённом солеотвалами и шламохранилищами. «Чудо» в белорусском исполнении, если кому-то неизвестно, закончилось тем, что академики не моргнув
глазом предложили выгрузить содержимое шламохранилищ на поля собственных «туземцев». О
последствиях они, конечно же, не задумывались – живут сегодняшним днём.

Цена вопроса
«Голландский» инвестор прекрасно понимает, что 1 млн тонн калийной соли в год – это не экзотика (мощности ведущих производителей хлоркалия и так зачастую простаивают), и потому заявляет о выпуске более дефицитного сульфата калия как конечной цели.
Однако забывает добавить, что стоимость бесхлорного калийного удобрения на мировом рынке
напрямую зависит от цены калийной соли: сульфат раза в полтора дороже. И бывает, что рухнувшие цены приводят к тому, что сложное производство более дорогого бесхлорного удобрения
становится нерентабельным. Попутно руководство «Стриктум» скромно умалчивает, что калийные прослойки солевых отложений в Нивенском представлены в основном карналлитом (двойной
хлорид калия-магния), а вот самого сульфата калия в руде мало. Конечно, добиться заявленной
цели можно переработкой хлорида калия в сульфат. Правда, при этом встаёт вопрос, где брать
дефицитный сульфат натрия или что делать с хлоридом магния после такого передела.
Достаточно несложных расчётов, чтобы убедиться в том, что выдача на гора 1 млн тонн бесхлорного калийного удобрения при переработке карналлита означает попутное получение 1,64
млн тонн безводного хлористого магния, который придётся куда-то девать. И это без учёта реального выхода сульфата калия, который на практике едва ли превысит 50%, остальное – потери со щелоками.
Для сравнения: Соликамск, единственный крупный российский производитель хлорида магния,
ещё только планирует увеличить добычу карналлита до 400 тысяч тонн в год. К слову, в белорусском Солигорске чуть больше 20 лет назад под пресс пустили новенький за вод по выпуску сульфата калия. Его успешно построили, но вот где брать сульфат натрия для получения бесхлорного удобрения, как-то не подумали. От более доступного сульфата магния отказались сразу: головная боль в виде хлористого магния, побочного продукта передела, оказалась никому не нужна. Ни профессора, ни чудо-технологии ситуацию не спасли.
Болевая точка № 1 нивенского сырья – хлористый магний, жадно хватающий влагу. С путей его утилизации и анализа рынков сбыта, что весьма сомнительно при таких объёмах, и нужно было начинать, прежде чем планировать строительство рудника и флотационной фабрики. Неудобный во всех отношениях компонент руды придётся перерабатывать на месте. Только вот строить комплекс химических заводов на клочке земли под боком у щепетильной Европы едва ли позволят, да и хрупкая экология региона такого удара не выдержит. Хотя, по словам гендиректора «Стриктума», «руда магниевой соли будет поставляться на российский рынок». Жаль, что гендиректор не потрудился выяснить, сколько магниевой руды этому рынку необходимо.

Святая простота
Можно бесконечно рассуждать о том, как новорожденная «голландская дочка» заменит работающий десятилетиями «Уралкалий» и станет поставщиком хлористого магния для российской государственной корпорации ВСМПО-АВИСМА, но реальность может оказаться иной.
И что-то не слышно о готовности «Уралкалия» свернуть собственную добычу карналлита ради
того, чтобы выручить молодую и никому не известную компанию. Напротив, принимая во внимание риск возможных затоплений, в Соликамске планируют ускорить ввод новых добывающих мощностей («Коммерсантъ», 20.11.2014), а департамент по недроиспользованию Приволжского федерального округа в конце прошлого года объявил конкурс на право добычи карналлитовой руды в западной части НовоСоликамского участка Верхнекамского месторождения калийно-магниевых солей. Основным претендентом считается «Уралкалий» (он в итоге выиграл конкурс), который уже владеет лицензией на добычу сильвинита на этом участке и ведёт добычу карналлита на смежном. У компании есть преимущество: она может обойтись без нового рудника и использовать имеющуюся инфраструктуру. К тому же не верится, что государственное стратегическое предприятие заменит российского поставщика неизвестным «голландцем».
Что касается поваренной соли (1,1 млн тонн в год), то по сути это отдельная добыча, не имеющая прямого отношения к калийно-магниевому бизнесу, если конечно не производить пищевую
соль по цене золота из флотационного галита. Только стоит ли ради дешёвого продукта забираться так глубоко в шахту, да ещё с учётом того, что годовая потребность России в пищевой
соли не превышает 0,5 млн тонн, а модернизированные российские солеварни уже сегодня частично простаивают? Тут даже сокращение транспортных расходов на поставку пищевой соли может оказаться бессильным. Фраза «калининградский инвестор намерен конкурировать с Белоруссией по поставкам соли в Прибалтику» («Калининград. Ru», 26.11.2014) вообще заставляет задуматься: президент соседней страны в курсе, что его учёные готовят конкурента собственным производителям? Приведу фрагменты из обсуждения планов ООО «Стриктум» в Общественной палате КО («Новый Калининград»,13. 02.2015). Проект рудника – это составляющая часть проекта целого горно-обогатительного комбината. Слушания в октябре касались только рудника, но в протокол в итоге включили и комбинат. В ответ руководство «Стриктума» пыталось объяснять, что проект готовится поэтапно, что пока есть решение о размещении рудника, но нет решения о размещении горно-обогатительного комбината, поэтому обсуждать строительство комбината не было смысла. Во-вторых, вопрос со строительством комбината действительно пока окончательно не решён. И пока топ-менеджмент компании подбирает под него земельный участок, рудник может работать как совершенно самостоятельное предприятие, продавая руду на экспорт. Никогда не поверю, что профессора, нанятые «голландской венчурной компанией», не знают, что театр начинается с вешалки. Прежде чем строить рудник, стоимость которого может запросто перевалить за миллиард долларов,
нужно иметь рентабельную схему переработки добытого сырья в товарные продукты, найти для них рынки сбыта и, конечно, разобраться с отходами ГОКа. Последнюю задачу с учётом влажного климата региона и близости границ Евросоюза решить архисложно, если вообще возможно. Даже с отвалами хлорида натрия будет трудно справиться, а о хлористом магнии лучше не вспоминать. И пока не будет разумного ответа на поставленные вопросы, не стоит тайному «голландскому» благодетелю торопиться со строительством рудника. Идея продавать бедную нивенскую руду на экспорт, да ещё из уст специалиста по логистике, ничего, кроме удивления, не вызывает. Судя по всему, господа перепутали калийное сырьё с концентратами других руд, которые действительно перевозят за тысячи километров для последующей химической переработки. Балласт никто не возит – он навечно остаётся в собственности обогатительной фабрики. Концентрат калийной руды – это и есть конечный продукт обогащения, готовое удобрение. Добыча калийной руды без обогащения – абсурд. И если к тому же залётный инвестор планирует рыть шахтные стволы и обустраивать отвалы пустой породы в границах населённого пункта, им должны серьёзно заняться соответствующие надзорные службы. Впрочем, если верить господину Яковлеву, ради достижения поставленной цели он уже сносил коттеджные посёлки, так что убрать с дороги Нивенское большого труда для него не составит.

Честность или «честность»?
Вот ещё цитата из интервью Яковлева («Рынок жилья», 04.12.2014): «Компания «Стриктум» открыта для сотрудничества и готова информировать жителей области по всем вопросам, связанным с экологической безопасностью проекта». Свежо предание, да верится с трудом.
Перечислю некоторые вопросы, поставленные на собрании инициативной группы «Оценка воздействия потенциальной опасности объектов ООО «Стриктум» на окружающую среду» (протокол № 10 от 04.02.2015).
1. В ООО «Стриктум» трудятся учёные. Откуда и кто такие?
2. Какое отношение эти учёные имеют к Солигорску? Какие проекты реализовали эти люди в Солигорске и какова их роль в Нивенском?
3. Куда девать хлорид натрия? В отвалы? Если да, то достаточно ли озвученных 500 метров от
заборов усадеб? Или их намерены возвращать в выработки? Тогда в какие? Их для начала надо подготовить. Теперь по хлориду магния. Разрешима ли проблема в данном конкретном случае? А куда будете девать ядовитый хлор?
4. Где «Стриктум» планирует брать сульфаты для передела? Из чего будет делать сульфат калия? Есть ли смысл воевать под Нивенским радикалийной соли с неимоверными затратами?
Руководство ООО «Стриктум» так и не дало вразумительного ответа ни на один из перечисленных вопросов. И не даст, потому что честные ответы поставят крест на деятельности «голландского» инвестора и его «дочки». Само собой разумеется, что главный редактор газеты «Нивенский вестник» так и не получил ответа на свой запрос о химическом составе руды. Это военная тайна. По словам господина Яковлева, «ошибка в том, что стали давать много технической информации, которую публика не готова воспринимать». Конечно, не готова, если она способна осилить базовый курс химии.

«Бусы» для туземцев – и не только
Жители Нивенского всё время пытаются выяснить, сколько пустой породы ежегодно будет оседать вокруг посёлка в результате деятельности «Стриктума». Ответ легко найти, если известен состав руды, однако эта информация тщательно скрывается. Есть что прятать? Приведу результаты расчётов, выполненных для почти «идеальной» нивенской руды, содержащей не более 35±5% хлорида натрия, 45±5% карналлита (двойной хлорид калия-магния) и 20±5% смешанных солей калия-магния. Её обогащение с последующим переделом хлорида калия в сульфат (1,1-1,2 млн тонн в год в соответствии с планами «Стриктума») при полном отсутствии потерь ценных компонентов со щелоками, что в принципе невозможно означает ежегодное накопление не менее 1,5 млн тонн технического хлорида натрия, что сопоставимо с годовой потребностью России в данном сырье, и 1,8-2,0 млн тонн безводного хлорида магния, что многократно превышает его сегодняшнюю добычу в Соликамске. А ведь реальность может оказаться хуже, поскольку состав солевых отложений такого типа очень переменчив. Заявляя о ежегодном объёме 200 тысяч тонн хлорида магния, руководство «Стриктума», судя по всему, «случайно» потеряло нолик. С учётом содержания К2О в руде (не более 10-12%), объём поднятой из-под земли «лишней» породы составит не менее 80%. Правда, попутная добыча поваренной соли позволит на бумаге чуть приукрасить картинку. Не стоит тратить время на обсуждение привлекательной, но весьма наивной идеи решить проблему занятости нивенчан с помощью ГОКа. Современные промышленные «чудо-технологии» едва ли нуждаются во вчерашних крестьянах. Студентами горного учебного заведения станут единицы из выпускников местной школы, если вообще станут. Работа шахтёра к тому же требует отменного здоровья и физических сил. Так что достанутся «туземцам», скорее всего, дешёвые стеклянные бусы. В лучшем случае – место дворника, охранника или повара в заводской столовой. О баснословной прибыли «голландскому» инвестору также придётся забыть – с учётом того, что на рынок магния ему едва ли позволят пробиться, а затраты на создание нового калийного производства в нынешних условиях начинают окупаться при цене 600 долларов за тонну хлоркалия. Уповать на то, что в ближайшее время будет создана очередная калийная дуополия, не стоит. К тому же ни один монополист не может отменить известного правила: высокая стоимость товара принуждает потенциальных покупателей отказываться от него.

Резюме
Никогда не поверю, что профессора не знают правду. Поэтому все попытки найти какую-то логику
в действиях ООО «Стриктум» приводят к единственно разумному выводу: перед нами Большой
нивенский распил. Дальше начинаются вопросы к инвестору. И не только к нему.

Алексей Стаханов

01.12.2015
количество просмотров - 2418

Для комментария войдите через любую социальную сеть:
Радио РЕЗОНАНС39
Социальные сети
В контакте Facebook Одноклассники Twitter YouTube Google+ LiveJournal
Powered by rezonans39.ru ® 2015 © WWW.REZONANS39.RU Мобильная версия

А знаетели вы,что в наших социальных сетях гораздо больше интересного, чем на сайте? Вступайте в одну из наших групп и убедитесь! Ведь выйти никогда не поздно, не правда ли? :)


В контакте Facebook Одноклассники Twitter YouTube Google+

PS: Там даже есть котики!
Спасибо, больше не показывать это окно.